Что запомнилось больше всего? Восхитила невозмутимость на лицах представителей российской номенклатуры, сидящей в зале, когда Путин говорил о невозможности для высокопоставленных чиновников и депутатов иметь счета в заграничных банках, о необходимости обосновывать крупные покупки и о «патриотичном бизнесе». Чувствовалось, что новые правила игры, предложенные ВВП правящему классу, особым сюрпризом для нее не стали, так как они уже нашли технологии, которые позволят им при любом раскладе остаться при своих интересах. Во всяком случае, они так думают.

Конечно, немного согрели душу слова Путина о восточном векторе в российской политике и о необходимости пересмотра межбюджетных отношений. Проблема одна: мы об этих вещах слышали не раз за последние годы, но, по большому счету, каких-то реальных сдвигов в этих вопросах так и не произошло. А, к сожалению, даже самые правильные мысли без подкрепления реальным делом имеют свойство не просто девальвироваться, но и вызывать раздражение по отношению к тем, кто их провозглашает.

Наконец, Президент попытался красиво поменять смысловую составляющую словосочетания «креативный класс», присвоив это звание нашей традиционной интеллигенции. Подход, по меньшей мере, спорный, поскольку лично для меня понятие «креативный класс» уже достаточно давно дискредитировано никчемностью многих его представителей. Как бы не относиться к русской интеллигенции, но все же у нее есть своя драматическая история, свои герои и антигерои, и вряд ли так уж нуждаются ученые, педагоги и врачи, в том, чтобы их считали «креативщиками». Понятно, что совершая эту рокировку, Владимир Владимирович тонко издевался над «белоленточниками», которые почему-то относят себя к творческой части человечества, но вряд ли стоит ради этого отменять понятие «интеллигенции». Все-таки оно повесомей будет, чем какой-то там «креативный класс».

Александр Чернявский